Самые актуальные новости строительной отрасли в России и за рубежом

Архитекторы и девелоперы Москвы ХIХ века: от «Дома для холостяков» до бесплатного жилья для рабочих » Информационное агентство "Строительство"

Региональная версия ТАТАРСТАН Перейти на региональный сайт
  Москва −7 °C.

Архив публикаций
«    Декабрь 2018    »
ПнВтСрЧтПтСбВс
 12
3456789
10111213141516
17181920212223
24252627282930
31 
03 авг 07:00АРХ&ПРОЕКТ

Архитекторы и девелоперы Москвы ХIХ века: от «Дома для холостяков» до бесплатного жилья для рабочих

Автор: Владимир Гурвич

Архитекторы и девелоперы Москвы Мы начинаем серию публикаций о русской и советской архитектуре ХIХ - ХХ веков

Попадая в другой город или в другую страну, в первую очередь путешественник знакомится с ее историей по местной архитектуре. Она самый наглядный рассказчик о том, что происходило с государством и людьми на протяжении многих веков. Но если углубиться в этот предмет, то откроются многие удивительные детали. Выяснится, то архитекторы часто проповедали столь передовые идеи, которые намного опережали то, что провозглашали политики и даже самые радикальные революционеры. Это уже затем, через много лет эти модели становились обыденными, превращались в рутинный образ жизни. Этот тезис в полной мере относится и к русской архитектуре на всем протяжении ХХ столетия. Вот только, к сожалению, мы очень мало знаем об этой ее странице.

Мы надеемся, что цикл статей, к которому мы приступаем, способен хотя бы в небольшой степени закрыть этот пробел.


Первые девелоперы России

Девелоперскому бизнесу в России не так много лет. Но если мы говорим про жилье, то это самое первое, что стал строить человек. Долгое время оно воспринималось как исключительно частная история – я строю дом для самого себя. Идея, что можно купить участок, соорудить на нем здание и потом продавать в нем квартиры совсем недавняя. В Москве и в России ей в этом году исполняется 120 лет. В 1898 году была основана первая, как бы мы сегодня сказали бы, девелоперская компания – «Северное домостроительное общество». Возглавлял его небезызвестный Савва Мамонтов. Правда, он больше известен как меценат, который поддерживал художников в своем кружке в поселке Абрамцево, как владелец частной оперы, где раскрутил звезду Шаляпина.

У Саввы Мамонтова было много разных бизнесов, основной - железные дороги, но занимался он и девелопментом. Самый известный проект «Северного домостроительного общества» в Москве - гостиница «Метрополь». Для Саввы Мамонтова она была многофункциональным комплексом, где должны были соединиться оперный театр, кинотеатр, музыкальный концертный зал, выставочные залы. А также рестораны, магазины и гостиница.

Поскольку Савва Мамонтов вынужден был в силу определенных обстоятельств перепродать этот проект другому девелоперу, то гостиница стала занимать доминирующее положение. Рестораны, магазины все-таки остались, а вот культурная функция полностью из "Метрополя" исчезла, и сегодня мы знаем "Метрополь" исключительно как отель.

Чуть попозже, в 1899 году появляется вторая крупнейшая дореволюционная девелоперская компания в Москве – «Московское акционерное торгово-строительное общество», которое построило целый ряд объектов. У него была очень интересная ниша, оно больше занималось коттеджами. Покупали участки в самом центре Москвы и строили дома на продажу. Некоторые из них достаточно хорошо известны, например, в Пречистенском переулке. Эти коттеджи сейчас занимают посольства Марокко и Австрии.


Революция утопии

Одна история – это история про девелопмент, другая история про то, как архитекторы подошли к проблеме жилья. С одной стороны, зодчие в те годы выполняли довольно четко то, чего требовали девелоперы. В эпоху модерна они заказывали жилье премиум класса, архитекторы его и проектировали.

С другой стороны, уже с самого начала ХХ века архитекторы начинают чувствовать свою особую миссию, которую раньше никогда не ощущали. Ее они понимают примерно так: решить жилищный вопрос в стране и в мире.

Они верят, что с помощью жилья можно повлиять на человека, то есть, создать такое жилье, которое сможет сделать его лучше, поможет построить новое общество. Это была великая утопия. Когда я говорю, что архитекторы думали построить новое общество с помощью архитектуры, то первая ассоциация, которая может прийти в голову, это 1920 год, стиль  конструктивизм, первые годы советской власти. На самом деле многое из того, что есть в авангарде,  конструктивизме – изобретение модерна.

Уже в самом конце XIX века появляются первые идеи, что с помощью архитектуры можно изменить мир. Замечательный искусствовед ХХ века Александр Иконников рассматривал эволюцию архитектуры ХХ века, как революцию утопии. Модерн он называет эстетической утопией и определяет ее известной цитатой из Достоевского: «Красота спасет мир». Хотя Достоевский жил немного раньше появления стиля модерна, тем не менее, архитекторы той эпохи верили, что с помощью красоты можно изменить мир к лучшему.

Они начинают создавать утопические проекты, которыми пытаются приобщить человечество к счастью с помощью архитектуры. В начале ХХ века эта утопия переживает разные фазы, то угасает, то снова возникает.


Деньги купца для рабочих

Один из первых таких проектов в Москве, который как раз был направлен на то, чтобы изменить человека с помощью архитектуры,– это дома Гаврилы Солодовникова. Солодовников очень неординарный человек, он был предпринимателем рубежа XIX и XX веков, он  умер в самом начале XX столетия. Он был рантье, в основном занимался тем, что строил недвижимость и сдавал ее в аренду. В каком-то смысле он был еще и ритейлером, наверное, потому что самый известный его бизнес – это солодовниковский пассаж, который располагался на месте третьей очереди ЦУМа. Это был торговый центр, примерно, как ГУМ, только поменьше. Еще он занимался  меценатством, Например, был одним из основных спонсоров строительства московской консерватории. Он так же построил театр, правда, к нему он относился тоже как рантье, просто сдавал его в аренду.

ДОМ САЛАДОВНИКОВА

Но так получилось, что его театр вошел в историю русского театрального искусства, потому что именно его арендовал Савва Мамонтов, который создал свою знаменитую «Частную оперу Саввы Мамонтова», где взошла в Москве звезда Федора Шаляпина. У него танцевала Надежда Забела-Врубель, которая сама по себе как балерина, может быть, не очень популярна, зато довольно известна как жена художника Михаила Врубеля. В Третьяковской галерее, во врубелевском зале висят ее бесконечные портреты в образе Царевна-Лебедь.

Солодовников перед смертью оставляет завещание, в котором колоссальные по тем временам средства отдает на нужды благотворительности. Это 20 млн рублей; если переводить на нынешние деньги, то это примерно 20 млрд рублей. Вряд ли кто-то сегодня такие широкие жесты делает.

Как же он предлагает распределить эти деньги? Одну треть - на строительство технических училищ для мальчиков, причем не только в Москве, но и в провинции, чтобы учащиеся из бедных семей могли бы получать средне специальное образование. Еще одну треть выделяет на те же цели, но для девочек. И, наконец, еще одну треть, чуть больше 6 млн - на возведение домов для рабочих. Хотя Солодовников предприниматель, но ему были не чужды социальные идеи. Хотя, возможно, он рассуждал так: если рабочих нормально расселить, то они не будут бунтовать.

Хотя это дома для рабочих, но архитектура у них очень качественная. Тогда не считали: раз социальное жилье, значит можно строить плохо и экономно. Было возведено два дома на улице Неверовского, недалеко от нынешней станции метро Рижская. У них хорошая отделка, используется глазурованный облицовочный кирпич. В целом все сделано в стилистике сдержанного северного, модерна.

Нас будет этот объект интересовать в связи с новаторскими архитектурными идеями  ХХ века. Здесь они в том, что это, пожалуй, это первый дом в России (в Москве-то уж точно), который имел встроенную инфраструктуру. В нем кроме жилья размещались столовая, прачечная, баня и библиотека. То есть удовлетворялась потребность и в жилье и культурные нужды обитателей.

И уж конечно, дом был оборудован по последнему слову тогдашней техники. Он имел не только водопровод и канализацию, что было обязательным тогда для высотных доходных домов Москвы, но и то, то использовалось еще редко - лифт и электроснабжение.

Неподалеку от первого дома был построен второй, уже для семейных. И тут качественная архитектура. Попечительский фонд, который распоряжался наследством Солодовникова, не пожалел средств для привлечения самых лучших архитекторов. Мариан Перетяткович  автор множества банковских зданий в Петербурге и Иван Рерберг – это уже московский зодчий, тоже очень высокого класса. Его знаменитые проекты - Киевский вокзал и Дом Северного страхового общества на углу Неглинки и Китайгородского проезда.


Бесплатное жилье начали раздавать при капитализме

Еще один социал-утопический проект реализовался с 1898 года до 1900 годов. Строится дом бесплатных квартир братьев Бахрушиных. Причем не где-нибудь, а, на Софийской набережной, прямо напротив Кремля. Сейчас в этом здании штаб-квартира компании Роснефти.

Бахрушины были кожевенники, занимались изготовлением шуб, обуви. Много жертвовали на благотворительность. Были больницы, построенные за их счет. На это раз братья покупают гигантский участок земли, который занимает территорию от набережной Москвы-реки до водоотводного канала. Это они возводят даже не дом, а целый жилой комплекс, как бы сейчас сказали, который купцы превращают в чисто благотворительный проект.

ДОМ БАХРУШИНЫХ

Квартиры в этом доме – а их там было около пятисот – сдаются бесплатно. Но не всем. Специальный совет выбирал, кому это жилье будет отдано. А это две категории людей. Во-первых, вдовы с детьми, во-вторых, молодые девушки, которые получают высшее образование. Именно их братья Бахрушины решают поддержать.

Этот дом просто поражает тем, сколько инфраструктуры в него смогли, уместить. Пресловутые идеи домов-коммун эпохи авангарда – это отнюдь не новаторская идея, ее происхождение идет из этого дома.

Попробуем перечислить, что было в нем. Столовая, баня, прачечные, медицинский кабинет, библиотека. А еще, поскольку есть вдовы с детьми – ясли и детский сад, начальная школа. И даже два средних специальных учебных заведения. Одно для мальчиков, другое для девочек. И все содержалось за счет братьев Бахрушиных. А вот сами жильцы ничего не платили ни за наем жилья, ни за пользование инфраструктуры.

Вот такой удивительный проект. Сегодня, мы еще не доросли до таких масштабов. 50 лет усилий, которые были сделаны с момента отмены крепостного права, дали свои плоды. Потом мы их растеряли после 1917 и снова утратили еще раз уже после 1991. Сейчас мы накапливаем этот потенциал, который, возможно, когда-нибудь все же реализуется.


Российский тучерез 

Еще один интересный девелоперский проект дореволюционный  Москвы – это дом Нирнзее. Когда-то он был самым высоким зданием Москвы - 40 метров. До революции еще не было слова «небоскреб», но было очень красивое русское слово «тучерез». Так вот, этот дом как раз и называли главным московским тучерезом.

ДОМ НИРНЗЕЕ

Сегодня он немножко потерялся, потому что прямо перед ним, в сталинские годы был построен многоэтажный жилой дом с магазином «Армения». И теперь тучерез лишь немножко проглядывает позади здания, в котором находится ресторан «Пушкин».

В чем состояла его концепция? Дом построил архитектор и предприниматель Эрнст Нернзее. Он совмещал две функции – архитектора и девелопера, создавал новаторские проекты, которые сам же и воплощал в жизнь.

Свой дом он называл "Дом для холостяков". Эта концепция вполне актуальна и сегодня. В нем были квартиры-студии, но не для тех, у кого мало денег, а для богатых холостяков.

Студии были от одной до трех комнат. Хотя три комнаты – это, конечно, не студия. Но, дело в том, что в этих квартирах нет кухонь, потому что предполагается, что холостяк не станет готовить себе еду.

Дом 1914 года постройки. Квартиры от одной до трех комнат, от 27 до 48 метров. То есть даже трехкомнатные очень небольшого метража. Вместо кухонь - небольшие кухонные ниши, где можно сварить кофе,  яичницу пожарить. Нернзее не заботился о создании инфраструктуры, он поступил проще - отвел площади под нее в надежде сдать эти помещения.

И в действительно первые два этажа занимали офисы и рестораны. В полуподвальном помещении располагался знаменитый московский театр-кабаре «Летучая мышь» Никиты Балиева. Это было такое своеобразное место, где отдыхали актеры, где они делали капустники. Здесь выступали Немирович-Данченко, Станиславский, Качалов, и Шаляпин, и многие, многие другие. Москвичи приходили посмотреть, как артисты веселятся и ведут себя непосредственно.

Это одно из первых зданий в Москве, у которого была эксплуатируемая кровля, на крыше располагался ресторан, который так и назывался «Крыша». Это первый ресторан в таком месте в Москве. Здесь так же находилась смотровая площадка, выставочный зал, и даже съемочный павильон одной из московских киностудий.

К сожалению, эта идея Эрнста Нернзее осталась единичной. Других подобных проектов в дореволюционной Москве мы не знаем. Началась Первая мировая война, потом грянула революция, времена наступили совсем другие. Если бы история пошла иначе, может быть, нам стало бы известно и о других интересных коммерческих проектах.

Понятно, что после революции все сместилось в другую сторону, но ни в менее экспериментальную, ни в менее опережающую время.


Материал подготовлен редакцией на основе публичной лекции Айрата Багаутдинова

Добавить комментарий
Ваше Имя:
Ваш E-Mail:
Введите два слова, показанных на изображении: *




Похожие статьи:
Безответная и комфортная жизнь в Москве

Урбанистический форум 2018: Москва поглощена сама собой и до регионов ей нет дела

Архитектурное наследие: ответственность перед будущим

Александр Балабин о трудностях работы архитектора с частными и государственными заказами

«Нельзя вкладывать все идеи в один проект»: Кес Каан — о тонкостях работы архитектора

Девелопер - урбанист: модное взаимодействие, но надолго ли?

Проблемы выбора архитектора: взять сороку, ворону или сову-госпожу?

Когда главный архитектор перестанет «рассматривать» и начнет «решать»

Цвет на фасаде: одно неловкое движение — и ты безвкусный архитектор

Легким движением руки елки превращаются… в арт-объекты


Опрос
Дмитрий Медведев, выступая с отчетом в Госдуме, отметил, что «строительная отрасль постепенно избавляется от недобросовестных компаний». На ваш взгляд, хорошо это или плохо?

Фото-курьез
Где-то в России
Наверх