Самые актуальные новости строительной отрасли в России и за рубежом

Советский брутализм в архитектуре 80-х: время разбрасывать последние камни » Информационное агентство "Строительство"

Региональная версия ТАТАРСТАН Перейти на региональный сайт
  Москва 0 °C, снег.

Архив публикаций
«    Ноябрь 2018    »
ПнВтСрЧтПтСбВс
 1234
567891011
12131415161718
19202122232425
2627282930 
14 сен 07:00АРХ&ПРОЕКТ

Советский брутализм в архитектуре 80-х: время разбрасывать последние камни

Автор: Айрат Багаутдинов

 Конец одного периода всегда является и началом нового. Самое интересное время, когда одновременно сталкиваются две эпохи: уходящая и грядущая.

Мы заканчиваем цикл статей об отечественной архитектуре ХХ века. Символично, что ее завершение по временным рамкам почти совпало с крахом СССР. Два больших эксперимента, которые во многом питали друг друга, закончились почти одновременно, открыв дверь для других попыток внести свой вклад в мировое общественно-политическое и архитектурное наследие. Можно с уверенностью сказать, что это будут не менее интересные страницы.

Лебедь с четырьмя крыльями

Стоит рассказать еще о нескольких поздних советских жилищных проектах. Это Лебедь на Ленинградском проспекте в районе Химкинского водохранилища. Работа еще одного крупного мастера советского модернизма Андрея Меерсона. Меерсон также известен по дому Авиаторов на Беговой – это знаменитое строение на ножках в районе пересечения 3-го транспортного кольца с Ленинградским проспектом.

Архитектор ставит дом на ножки, точнее, 4 корпуса. Под ними находится один общий стилобат. В нем предполагалось разместить очень обширную инфраструктуру. Кстати, Меерсон здесь тоже применяет принцип архитектуры соучастия, то есть опрашивались будущие жильцы здания на предмет того, чтобы им хотелось здесь иметь. Вообще в Советском Союзе с 50-х годов применяются принципы архитектуры соучастия.

В Лебеде архитекторы и жильцы попытались сделать подземный паркинг на 300 машин. Это уже не гараж в подвале, как это было еще в сталинские времена, а самая настоящая подземная парковка на колоссальное количество автомобилей. По тем временам 300 машиномест – огромная величина.

В стилобате должны были быть ясли, зал для собраний, где в том числе можно кино показывать, прокат сезонных вещей, что для того времени было редкостью. То есть, не выходя на улицу, можно взять в прокат лыжи, роликовые коньки, санки и все, что необходимо. Бюро заказов – тоже для той эпохи редкое заведение. Это можно перевести на сегодняшний язык как что-то вроде интернет-магазина.

То есть вы спускаетесь в бюро, говорите, что вам нужно и к какому часу. Вам это покупают и доставляют в квартиру. Помимо вышеперечисленного, предполагалось иметь в доме стирку и химчистку, торговые автоматы, медицинскую комнату, библиотеку, фотолабораторию, холодные кладовые. А на кровле стилобата должны были разместиться игровые спортивные площадки.

И опять далеко не все из задуманного воплотилось. Были сделаны холодные кладовые, машиноместа – и все. Во многом это было вызвано необходимостью дополнительных расходов. Например, если в доме есть библиотека, кто ее должен содержать, за чей счет покупать книги, платить персоналу? Поэтому от таких идей, как правило, отказывались либо на этапе строительства, либо уже затем жильцы решали, что без этого вполне можно обойтись. Вот и кровля, как это часто бывает в России, осталась не эксплуатируемой.


Брутализм: грубо, но полезно

Еще один из последних советских проектов, начатый в начале 70-х, реализованный уже к середине 80-х – опытно перспективный жилой район Северное Чертаново. Его архитектора воспроизводит построенные в 50-60-е годы в Англии дома в стиле брутализма.

В Советском Союзе очень много было брутализма, его еще часто называют советским модернизмом. Это архитектура очень грубых, мощных форм с большим количеством бетона. Многие дома на ножках, с большими поверхностями стен. В качестве примеров можно привести тот же дом авиаторов на Береговой, дом атомщиков на Тульской или РИА «Россия сегодня», бывшая РИА «Новости» на Зубовском бульваре.

Бруталисты очень увлекались проектированием жилых комплексов, у них были свои теории на этот счет. Образцом этого стиля в Москве стало Северное Чертаново. Здесь тоже запланирована развитая инфраструктура, только на этот раз она не совмещена в одном доме, а разнесена в разные корпуса в рамках целого жилого комплекса.

Бруталисты очень любили так называемое функциональное зонирование. То есть они считали, что все зоны должны быть последовательно спланированы в виде такой ленточной застройки: идет лента жилья, далее вслед за жильем лента общественных функций: магазин, спортзал и бассейн, детский сад, школа, больница. И все это было реализовано. А дальше идет лента рекреационная, парковая. Это первая бруталисткая фишка, которая стала новаторской по тем временам.

Вторая новаторская фишка – это дворы, закрытые для проезда. Их еще проектировали британские бруталисты. Дворы полностью зеленые, представляют собой гигантскую лужайку. То же самое в Северном Чертаново. То есть автомобильные проезды есть, но они предназначены для экстренных служб. Предполагается, что жильцы будут заезжать с тыльной стороны дома в подземные парковки и на лифте подниматься к себе в квартиру.

Если мы посмотрим на комплекс Северное Чертаново, то здесь везде есть зеленые участки. Парадные в подъездах полностью остеклены, в итоге на первом этаже получается небольшой зимний сад. То есть парадная трактуется как общественная зона. Понятно, что каждый подъезд отличается от другого, тут все зависит от его жителей. Одни обустраивают эту территорию лучше, другие – хуже. В некоторых подъездах даже организуют кинопоказы, ведь там можно вполне 30-40 человек разместить.

Северное Чертаново – это, пожалуй, первый в Советском Союзе комплекс, который имел квартиры с практически бесшумными перегородками, где можно было по-разному объединять пространство коридора, кухни гостиной. Понятно, что спальни были отделены от других помещений. 

Для иностранцев все лучшее

Еще один объект – это комплекс, который был построен уже в переходную эпоху, он завершен в 1992. Речь идет о Парк Плейсе на Ленинском проспекте. Он был возведен по заказу главного управления по дипломатическому корпусу при министерстве иностранных дел России. Архитектором стал Яков Белопольский.

Яков Белопольский застроил почти весь юго-запад столицы. Он знаком по таким знаковым объектам, как цирк на проспекте Вернадского. Стояла задача создать жилье премиум класса, для той поры совершенно нового уровня. Оно предназначалось для дипломатов, для иностранных граждан, которые привыкли к определенным стандартам. Вот наш МИД и решил, что и в Москве нужно иметь такой класс недвижимости.

Что же в итоге получилось? Во-первых, это, наверное, первый жилой дом в Москве, который получил атриум. Первый атриум был в Центре международной торговли на Красной Пресне. Хотя Парк Плейс все же не совсем жилой дом, а все-таки многофункциональный комплекс.

Здесь два жилых корпуса, справа и слева, а пространство между ними – крытый многоуровневый двор в стиле атриума. Архитектурный образ очень интересный. Он напоминает постройки эпохи авангарда: мы видим ленточные балконы, лестничные клетки выведены в виде полуцилиндрических объемов, которые любили в эпоху авангарда или конструктивизма.

В то же самое время есть уже черты постмодернистской архитектуры, которая приходит на смену модернизму, особенно с падением Советского Союза. Так, в частности, оформлен вход в виде арки. Ведь арка – это старинное сооружение, поэтому она вызывает ассоциации респектабельности.

С помощью таких приемов архитекторы сумели найти компромисс между современным обликом здания и в то же время есть отсылка к традициям. В доме развитая инфраструктура: детский сад, центр бытового обслуживания, фитнес клуб, кроме того, есть и офисные помещения. Некоторые его жильцы при желании могли еще и офис там себе снять, то есть жить и работать в одном месте, никуда не выходя, потому что есть и ресторан, и фитнес, и детский сад, и магазины тоже.

Есть, конечно, уже ставший обязательной деталью советских домов высокого класса – двухэтажный подземный паркинг с невероятным соотношением машиномест к машинам даже по современным меркам. На 330 квартир приходилось 370 машиномест, это даже больше, чем количество жилищ.

Вот такой дом получился на самом закате Советского Союза. Многие тогда даже не знали, что в Москве есть такой комплекс. В каком-то смысле он по-своему логично завершил архитектурные поиски дореволюционной и советской эпохи. Ну а дальше начались иные времена с другими подходами к архитектуре и строительству.


Новое, как возвращение к старому

Однако было бы ошибкой полагать, что все уж так кардинально переменилось. Архитектура, как и все остальное в мире, развивается по спирали. Она постоянно возвращаемся к тому, что уже было когда-то, ведь все новое, согласно поговорке, это хорошо забытое старое. Но при этом мы не топчемся на месте; спираль отличается от кругового движения тем, что мы постоянно движемся еще и вверх, и вперед. При этом каждый раз переосмысляя, совершенствуя, учитывая опыт, в том числе и ошибок, который был накоплен до этого.

Так идея, пришедшая из бруталистских комплексов, что заезд осуществляется с тыльной стороны домов и сразу в подземный паркинг, реализуется во многих современных проектах. Как и то, что еще, начиная с 60-70 годов прошлого века в архитектуре начинают использоваться идеи гибких планировочных решений, которые сегодня очень популярны. Ведь еще в 60-е годы британские бруталисты задумывались о том, что можно делать квартиру с максимально гибкой планировкой, чтобы человек сам эту планировку выбирал.

В современной архитектуре учитываются, используются наилучшие открытия в области жилищного строительства ХХ века. А это означает, что шедший все это время поиск новых форм и возможностей был не напрасен.

Материал подготовлен редакцией на основе публичной лекции Айрата Багаутдинова

Добавить комментарий
Ваше Имя:
Ваш E-Mail:
Введите два слова, показанных на изображении: *




Похожие статьи:
Советский модернизм в архитектуре: движение по кругу между утопией и реальностью

Архитекторы СССР для сталинской элиты: лозунг «мир хижинам, война дворцам» завершился элитным жильем для НКВД

Авангард в архитектуре. Дом-цилиндр: самый искусный в мире плагиат или великое творение мастера

Советский архитектурный авангард: от сквозного проветривания до примитивного оформления

Большевистский авангард в архитектуре: от антиурбанизма до «Железной рукой загоним человечество к счастью»

Архитекторы и девелоперы Москвы ХIХ века: от «Дома для холостяков» до бесплатного жилья для рабочих

Архитектурное наследие: ответственность перед будущим

«Нельзя вкладывать все идеи в один проект»: Кес Каан — о тонкостях работы архитектора

Проблемы выбора архитектора: взять сороку, ворону или сову-госпожу?

Останкинская телебашня: среди забытых героев рекордной стройки был главный архитектор


Опрос
Дмитрий Медведев, выступая с отчетом в Госдуме, отметил, что «строительная отрасль постепенно избавляется от недобросовестных компаний». На ваш взгляд, хорошо это или плохо?

Фото-курьез
Подключаемся, не стесняемся
Наверх